Роман Марка Роберта Стеха сперва отпугивает, затем соблазняет и, в конце концов, завораживает своей затрудненностью. ладно скомпонованный лабиринт, мистическая визия, алхимический акт, образцовая модель индивидуации _ вот такие определения-ориентиры вспыхивают на рецепционном мониторе во время непростого чтения. Ибо и сам автор не раз застраивается над как можно более выразительными очерчениями письменного текста, разры вая и разбивая его авто тематическими комментариями психоаналитической или герменевической природы